Of Steamworks and Magick Obscura
АРКАНУМ
арканум
arcanum

Читальный зал

arcanum

Поддержи Клуб!

arcanum

Проекты

arcanum
Файловый архив
Архивы

Мастерская

arcanum

Моддинг игр

arcanum
Arcanum
Главная | Форумы | О проекте | Новости | Графика | Мануалы | Моддинг | Поиск | Контакты

Новейшая история и литература в Arcanum

Библиотека Таранта

Arcanum: Of Steamworks and Magick Obscura

«Насколько прочна ваша вера в реальность?»

Автор: Сэр Double G

Издание: ArcanumClub продакшн лтд.

Инек Армстронг, потупив глаза, неподвижно сидел на куче камней у входа в шахту, лишь изредка он нарушал свою застывшую позу, когда отправлял рукой в нос порции табака. Кажется, он о чем-то думал.

Инек был типичный дварф старой закалки: коренастый, сурового вида шахтер с сильными руками, его борода была растрепанной и неухоженной. Да, Инек был радетелем старых традиций: он сторонился людей, никогда первым не начинал разговор с чужеземцем, и не любил разговоры о своем клане.

— Мистер Инек Армстронг, я полагаю? — чей-то вопрос нарушил одиночество дварфа.

Инек поднял глаза: перед ним стоял какой-то человек. Одетый по последней моде, этот джентльмен явно не подходил на роль клерка отдела Промышленного Совета по разработке месторождений и тем более на роль простого шахтера. Его волосы, усы и бакенбарды были ухожены, от него приятно пахло одеколоном, на руке красовался прекрасный золотой перстень с большим рубином. Именно этот перстень привлек внимание дварфа.

— Любопытная вещица. Работа дварфов, не так ли? — поинтересовался Инек у пришельца.

— Да. Говорят, этот перстень принадлежал Лореку Отверженному. Хотите, я расскажу историю о том, как я его заполучил? Однажды в Таранте, в лавке «П. Скаллер и Сыновья» я увидел… — пришелец с энтузиазмом только приступил к своему рассказу, как был прерван дварфом.

— Не смей упоминать это имя при дварфах! Еще одно слово о нем, и я сверну тебе шею!

Спокойный и расслабленный до этого момента Инек превратился в комок нервов. Лицо дварфа покраснело, на шее вздулись вены, его кулаки с яростью сжимались и разжимались.

— Кто ты такой, чтобы обсуждать это со мной?! — кажется, Инек разошелся не на шутку, — Зачем ты пришел сюда?!

— Успокойтесь мистер Армстронг… Я не хотел вас разозлить, простите меня. Можем ли мы поговорить, как цивилизованные люди? — шахтер промолчал, но пришелец решился продолжить, — Меня зовут Десмонт Брустер, к вашим услугам.

С этими словами Десмонт подал руку дварфу. Инек с недоверием посмотрел на пришельца, не подав в ответ свою руку.

— Ну, и как я могу доверять тебе… человек?

— О, мистер Армстронг, у нас есть повод для дружбы! — с улыбкой произнес Десмонт, делая упор на слово «повод».

— И что это за «повод»? — дварф, кажется, успокоился, но, тем не менее, с недоверием посматривал на пришельца.

— Прекрасное совместное предприятие…

— Что еще? Я работаю один, я и мои ребята. Кажется, мы уже решили все вопросы с Промышленным Советом по поводу собственности на эту шахту.

— О, нет, мистер Армстронг, вы меня совершенно неправильно поняли…

— А как мне тебя понимать?! Вся эта ваша манерность и витиеватость фраз… Никогда не понимал тарантийской манеры общения. Выражайтесь яснее, мистер.

— Тогда, возможно, нам стоит пройти внутрь, мистер Армстронг, и сесть за стол переговоров, — Десмонт Брустер указал на вход в шахту.

— Хорошо… Допустим, я поверю тебе. Пошли.

Инек открыл дверь в шахту, и Десмонт проследовал за шахтером внутрь. Кажется, пришелец сумел его чем-то заинтересовать.

Они вошли в небольшое полутемное помещение. Это была комната отдыха шахтеров — небольшое пространство, вырубленное в скале, предваряло вход в тоннели. По краям комнаты лежали небольшие спальные мешки и масляные лампы, посреди комнаты стоял пыльный деревянный стол и три стула, в правом углу лежали кирки, молоты и другие шахтерские инструменты, а посреди левой стены чернел вход в тоннели шахты.

— Как-то у вас тут очень мрачно и… прохладно, — поежившись, произнес Десмонт.

— Извините, мистер Брустер, кроватей с балдахином и шелкового белья не держим. Не люблю баловать моих ребят, — съехидничал Инек.

Они сели за стол.

— Э… Что еще такое, Балтэр? — послышался недовольный голос со стороны правой стены.

— Ну, что за идиот! Безмозглый Ходжкин, мы не одни! Не смей использовать это имя при чужаках! — крикнул Инек.

— Итак, я полагаю ваше настоящее имя Балтэр, не так ли, мистер Армстронг? — с хитрой улыбкой произнес Десмонт.

— Ходжкин — просто глупый городской дварф из Каладона, э… слишком болтливый, на мой взгляд, — как-то неуверенно произнес Инек, — На самом деле, Балтэр — это мое, э… прозвище.

— Ну, ну… А я думал, что ваше прозвище — «Сильные Руки». Ведь дварфы скрывают свои настоящие имена, придумывая псевдонимы и фамилии-прозвища, не так ли?

— Э… да, э… В любом случае, мистер Брустер, вам не стоит называть меня этим именем, оно для внутреннего использования. Лучше зовите меня Инек Армстронг.

— Приятно познакомится.

Инек наконец-таки подал руку своему новому знакомому Десмонту.

— Несколько запоздалое представление… Но лучше поздно, чем никогда, — улыбнулся Десмонт.

— Так что это за «совместное предприятие», мистер Брустер?

— Ну, раз мы теперь знакомы ТАК близко, то давайте звать друг друга на «ты» и безо всех этих формальностей. Согласен?

— Хорошо, Десмонт. Итак, что у тебя за дело ко мне?

— Инек, я думаю, тебе сначала стоит взглянуть на это…

Десмонт разложил какую-то бумагу на столе — это была старая карта. На ней была подробно изображена область к востоку от места обитания Клана Колеса и была сделана пометка на самой восточной оконечности Серых Гор.

— Хм… похоже, это шахта, в которой мы сейчас работаем — произнес дварф.

— Да, Инек, поэтому я и разговариваю сейчас с тобой.

— Все же это не объясняет, почему ты здесь.

— О, это длинная история… Я по профессии литератор, пишу в основном стихи для прекрасных дам, — Десмонт немного рассмеялся и продолжил более серьезно.

Совсем недавно у меня был творческий вечер в Таранте. Было много гостей, все пили шампанское и веселились, — типичное сборище молодых повес. После бурного застолья я возвращался к себе домой. По дороге алкоголь начал постепенно выветриваться из моей головы, и я решил пропустить еще стаканчик абсента в таверне Калеба Мэллоя. Черт дернул меня зайти в этот Бойль!

Я шел по улице, когда внезапно из ближайшей подворотни раздался шум. Явно кого-то избивали. Я как истинный джентльмен достал свой револьвер и побежал на выручку жертве. Эти негодяи, лишь завидев меня, произнесли заклинание и исчезли. Эх, и не люблю я эти магические штучки…

Я осмотрелся в подворотне: в углу, рядом с мусорным бочком лежал нищий. Лицо бедняги было изувечено, несчастный харкал кровью.

— Сэр, вам нужна помощь! Я сбегаю за каретой. Вас нужно отвезти в медицинскую службу Таранта! — прокричал я.

— Слишком поздно, — бедняга схватил меня за руку, — Книга. Достань ее, она в мусорном бачке, — хриплым голосом сказал нищий.

Я заглянул в бачок, там действительно была книга. Я достал ее и внимательно осмотрел: интересный кожаный переплет, какие-то руны на нем и… ужасные отпечатки кровавых пальцев. «О, боже! Нищий! Как же я забыл о нем!», — пронеслось в моем сознании.

— Я помогу вам, сэр!

Но нищий уже не подавал признаков жизни. Как мимолетна жизнь: минута — и человека уже нет на свете.

Я услышал за спиной шаги, потом в пролете подворотни появился полицейский Таранта. А теперь представьте картину: окровавленное тело, над ним стоит человек с револьвером в руке…

Полицейский достал шпагу и быстро, по-кошачьи подскочил ко мне. Секунда и его шпага была у моего горла.

— Стоять, убийца! Одно движение, и то последуешь за своей жертвой!

— Сэр! Не делайте поспешных выводов…

— Ты думал, что раз это Бойль, то здесь можно творить любые зверства?! — в голосе полицейского явственно чувствовалась ненависть ко мне, яростное выражение его лица это подчеркивало.

— Сэр, пожалуйста, уберите шпагу от моего горла. Так ведь и поранится можно, — я попытался шуткой разбавить этот по истине горячий момент.

Полицейский и не подумал убрать опасное лезвие от моего горла.

— Вы — богатые молодые негодяи! Я знаю вас всех: вы любите острые ощущения. Как можно было вот так просто убить этого несчастного человека! А ведь он и так был наказан судьбой…

Наконец-то он убрал шпагу от моего горла и обратил свой взор на труп. Вероятно, служитель закона был разжалоблен убогим видом нищего. Поверьте мне: и среди тарантийских полицейских есть жалостливые и даже трогательные люди.

Да, сейчас он растроган, а через секунду мстит «обидчику» несчастного. Медлить было опасно!

— Сэр! Господин полицейским! — я привлек его внимание, — Может мы пройдем в участок для выяснения всех обстоятельств случившегося?

— Ах, да. Мы должны… по инструкции, — несколько рассеяно произнес полицейский, но затем продолжил, сменив тон на более уверенный, — Давай, я одену тебе «браслеты». И без глупостей!

Я сдался властям без сопротивления. Далее мы спокойно покинули Бойль и пришли в полицейский участок.

— А книга? Как же книга?! — с нетерпением спросил Ходжкин (до этого дремавший у правой стены, он уже стоял у стола и с любопытством слушал рассказ Десмонта).

— Ох, уж эти городские дварфы… Воистину твоего любопытства хватит на десяток полуросликов! — с упреком, но по-отечески произнес Инек, — Пожалуйста, продолжайте, мистер Брустер.

— Без «мистер», Инек, без «мистер»… — шутливо погрозив пальцем, ответил Десмонт и продолжил свой рассказ.

Естественно на место преступления прибыли и другие полицейские. Для чего же еще нужны свистки? Служители закона осмотрели тело, место преступления и собрали улики, в том числе и книгу. Я, правда, этого не видел… Но ведь это же стандартные процедуры, не так ли?

Итак, меня привели в участок и посадили в камеру. Потом естественно были допрос: что, как, зачем и прочее. Тем не менее, констебль оказался вполне рассудительным человеком, он отчетливо понимал, что нищий был убит не из моего револьвера. Как я позже узнал из газет, жертва получила травмы не совместимые с жизнью: почки были отбиты, имелось несколько колото-резаных ран, но смертельной стала тяжелейшая черепно-мозговая травма. Не смотря на это, следователь продержал меня в участке до утра и взял подписку о невыезде.

Я был разбит. Это ужасное происшествие и допросы в участке привели меня к нервному истощению. Вернувшись домой, я сразу же лег спать. И я спал двое суток.

На третий день я нанес визит в участок, где вновь в подробностях рассказал следователю все, что знал об убийстве.

Моя невиновность была полностью доказана. Нашлись свидетели, видевшие неких «убийц в плащах». К тому же дочь констебля (прелестнейшее создание!) оказалась поклонницей моего таланта; по заверению моих друзей, она сумела «повлиять» на своего «papa».

Иногда я думаю, что Фортуна играет со мной, как женщина: то дает мне звонкие пощечины, то сладострастно целует.

Книга? Мое природное любопытство дало о себе знать через четыре дня после всех этих событий. Я решил навестить великодушного констебля и его миловидную дочурку Лиз. Знаете, мы в Таранте любим поболтать за вечерним чаем… Между светской болтовней и восхищением Лиз моей персоной я все-таки сумел спросить констебля о книге.

«Ах, да, книга! Она у кого-то в университете на экспертизе» — эту фразу констебля я ждал битых два часа.

На следующий день, с утра я, как кугуар, понесся в Тарантийский Университет. Хитростью, уловками и не без помощи своего мужского шарма я выяснил, что книгу изучает некий «Люций». Как назло этого господина не было на месте. Однако мне попался его ассистент по имени Гвидо, хитрый, как кайт, полурослик.

— Да, я слышал о книге, — он подмигнул, — Но у меня проблемы с памятью, мой друг…

Гвидо в «вопрошающем жесте» протянул свою руку ко мне. Вот наглец! Тем не менее, я положил в его руку несколько золотых.

— Ах, да! Вспомнил! Страницы книги были слишком ветхие и хрупкие, мне «пришлось» отнести ее знатокам древностей — Скаллерам. Кстати, сэр, я еще обладаю информацией об эльфийских могильных камнях — настоящий шик в Таранте. Вы случайно не заинтересованы?

Какие еще, черт побери, камни! Не дослушав полурослика, я уже бежал от университета к метро. Любопытство — страшная сила, она влечет тебя к загадкам, как электромагнит металл.

В лавке «П. Скаллер и Сыновья» было как-то неестественно тихо и безлюдно. Секретаря не было на месте. В ожидании его, я решил осмотреться в магазине. Бррр! От северно-западной стены повеяло холодом, и я пошел на этот холодок.

Господа поверьте, я не вор и не люблю вламываться в чужие дома… но этот люк в углу лавки привлек мое внимание. Поддавшись любопытству, я спустился в подвальное помещение магазина.

Я около получаса бродил по этому дурно пахнущему подвалу. То тут, то там мне попадались останки зомби. Я всегда подозревал, что Скаллеры экспериментируют с темной некромантией. Уж больно подозрительный был этот Уинстон Скаллер, к тому же от него веяло какой-то «мертвечиной».

После блужданий по этому милому подвальчику, я, наконец, вошел в ярко освещенную комнату. Напротив входа, в кресле сидел полностью разложившийся труп старика… О-па! Посреди этой комнаты лежало еще три трупа — только свеженьких.

«Что-то стало слишком много убийств в этом городе… Пора бы убраться из этого подвала. Констебль, конечно, теперь мне как друг, но такая гора трупов — это будет уже больше, чем просто подозрительно», — подумал я.

Я решил быстренько осмотреться в подвале, а затем незаметно выскользнуть из лавки Скаллеров. Помимо трупов я обнаружил в подвале несколько интересных шкафов. Я открыл несколько ящиков, но все они были пусты. Подозреваю, что-то кто-то уже позаботился о документах семейства Скаллеров. Внезапно я заметил что-то темное в углу — напротив шкафов что-то лежало. Я поднес лампу… Книга! Та же самая! Я быстро схватил книгу и, не открывая ее, помчался прочь из этих проклятых подвалов.


Оглавление раздела   В Читальный зал   На Форум


Arcanum
Arcanum жив!
Рекомендуем
Новости проекта

Все новости

Арканум Клуб: Фэнтези, RPG, творчество. Нарисуй свой Арканум!

Arcanum: Of Steamworks and Magick Obscura

© 2005–2022 Арканум-Клуб